I am enough. Просто. Ешьте. Еду. - Анастасия Чекмарева

У меня уже произошло столько улучшений и радостных моментов в рекавери, что я просто не замечала и не хотела принимать то, что со мной может случиться что-то плохое.

На работу я носила контейнер с обедом и батончик мюсли. Такого количества еды мне совершенно не хватало, но я просто до безумия стеснялась есть даже столько. В офисе приходилось есть прямо на рабочем месте: мне казалось, что все на меня смотрят и осуждают, хотя коллеги сами ели перед компьютером тоже. Порой мой голод доходил до ужасного состояния: я готова была умереть с болью в желудке. Я сидела и терпела: моя рука как будто не могла залезть в сумку и вытащить оттуда еду.

Так я жила 2 месяца. Я говорила себе: «Ну и что, что ты стесняешься? Зато ты приходишь домой и покрываешь дефицит огромнейшим ужином!» Технически я была права, но в рекавери это называется «отсрочка еды», что означает ОРПП-привычку. Я не знала об этом, но в августе начала подозревать что-то нехорошее.

Несмотря на то, что я ела достаточное количество калорий, я питалась по некому «расписанию», наедаясь вечером, но не давая себе есть в течение дня, сколько я хочу. Я написала Полине, что хочу к ней прийти на сеанс снова. Мне нужно, я чувствую, что мне тяжело. Что-то идёт не так!

Всё время в рекавери мне помогала одна песня. Это Sia – Unstoppable. Она является очень мощной музыкой для меня, которая будто говорит: «Не ной, а вставай и иди дальше». Когда мне было тяжело в некоторые дни, я слушала её. Когда я шла к психологу, то слушала её на репите (так как общаться с психологом я шла с превеликой радостью и с некоторым страхом одновременно). Когда я хотела худеть снова – слушала её. Когда ОРПП говорило мне: «Ты недостойна проходить рекавери» – слушала. Мне помогала именно Sia. Сейчас, когда я включаю этот трек, в голове сразу мысль: «Я иду к психологу», так как привязка идёт именно к Полине.

Я не знаю, как так получилось, но именно Sia с этим треком давала мне силы переступать барьеры в восстановлении. Я слушаю её с ноября 2015 – всё ещё помогает.

*

Мы определили встречу с Полиной на 11 сентября. Я помню, сажусь в кресло в её кабинете, смотрю на неё. Понимаю, что опять та же самая обстановка: я буквально нахожусь в том же окружении вещей, в котором была в апреле-мае здесь, на Охотном Ряду. Меня это не испугало, наоборот, обрадовало: «Сейчас Полина мне поможет разобраться, я пойду дальше. Я снова рада её видеть».

Я сдавала ей своё ОРПП с концами, как бы оно ни умоляло меня молчать. Я рассказала, что я весь день не ем, а потом «ну очень много ем», чтобы не создавать дефицита калорий. Рассказала, что подозреваю себя же в том, что делаю. Мы разговаривали с Полиной 4 сеанса, по одному разу в неделю. Этого было достаточно, чтобы дать мне нужные мысли и силы идти дальше.

Теперь моя задача заключалась в том, чтобы есть любую еду перед всеми, носить с собой достаточное количество перекусов/контейнеров, а лучше – больше, чтобы я всегда могла поесть, когда проголодаюсь во время работы. Пусть лучше я домой принесу «лишнее», чем буду страдать, что еды мне не хватило.

Мне очень не хотелось это делать. Точнее, это говорило мне ОРПП: «Не нужно тебе столько еды; будешь постоянно есть, вдруг вес наберёшь, он же и так вроде наконец-то „стоит“; нормально же всё, а ты собираешься ещё много еды таскать». Но я начала носить. Я поставила себе челлендж: нужно выполнять поставленные условия каждый день, чтобы быть ближе к ремиссии. В «Instagram» я писала пока немного о другом. То, чем я делилась, было правдой.